Современный капитализм в Латино-Карибской Америке. Глава 1. Часть 1

Оглавление

Структура Латино-Карибской Америки и особенности подрегионов

Для многих Латинская Америка остаётся непонятной и туманной частью мира. Например, россиянам кажется, что у них нет ничего общего с латиноамериканцами.

На самом деле тёплые страны за Атлантическим океаном страдают теми же проблемами, что и государства на постсоветском пространстве. Так что нам есть чему у них поучиться.

Мы открываем цикл статей об особенностях Латино-Карибской Америки. Будем вместе разбираться в процессах, которые там происходят, и выносить уроки из практики зарубежных коммунистов.

В первой статье мы покажем, какую роль страны Латинской Америки играют в системе международных отношений, и поговорим о ситуации, воцарившейся в центральной части региона: о картелях, миграции, влиянии США и расстановке классовых сил.

Предисловие

Неравномерное развитие государств — неизбежное следствие развития капитализма. Пока передовые государства наращивают богатство, целые регионы оказываются в их подчинении и безнадёжно беднеют. Из стран Африки, Азии и Латинской Америки грабительски «высасывают» природные ресурсы и высококвалифицированные кадры. На внутреннюю политику отстающих государств широко влияют транснациональные компании, которые стремятся максимизировать прибыль. Каждой стране присваивается своя «функция» в мировой экономической системе: одни добывают нефть и газ, другие — собирают смартфоны и планшеты, третьи — занимаются научными разработками. Попытки «догоняющих» государств развивать «непрофильные» отрасли национальной экономики часто оканчиваются неудачей. Им тяжело выиграть конкуренцию у глобальных корпораций, обладающих колоссальными ресурсами. В то же время доходные национальные производства попадают в частные руки. Это лишает отстающие государства финансов для равномерного развития. Зачастую поиск средств за рубежом лишь усугубляет зависимость от внешних сил.

 Тем самым слаборазвитые регионы обречены на вечное отставание, которое нельзя преодолеть в рамках «традиционного» капитализма. Периферийные и полупериферийные государства могут сократить разрыв от ведущих экономик только с помощью резкого скачка в развитии. Однако на этом пути встречаются препятствия, которые периферийные страны пытаются обойти. Особое внимание следует обратить на Латинскую Америку, где встречаются много вариантов модернизации: социалистические преобразования на Кубе, национал-реформистское движение в Аргентине времён Хуана Доминго Перона, Перу периода «революционной хунты», наконец, «социализм XXI века» в Венесуэле Уго Чавеса и Боливии Эво Моралеса. Для многих из них ориентиром служил опыт Советского Союза. Именно с помощью социалистических преобразований одна из самых отсталых стран Европы сумела превратиться во вторую экономику мира. Социалистический уклад позволил советскому государству сделать колоссальный скачок в развитии и создать самодостаточную, независимую экономику. Конечно, латиноамериканские страны по-своему интерпретировали советский опыт, что приводило к разным, не всегда положительным результатам. Тем не менее идея социализма до сих пор витает в странах Америки.

Сегодня Латинская Америка находится на перепутье: страны региона отбрасывает то влево, то вправо. Проекты экономического развития не дают желаемого результата и порождают разочарование среди населения. Общественное недовольство нарастает и выливается в массовые протесты. Политические силы не в состоянии предложить путь общественного развития, который отвечал бы интересам большинства. Тем важнее обратить внимание на латиноамериканский регион. Анализ региональных трендов и особенностей позволит прогнозировать обстановку и определить возможные варианты развития событий.

Специфика региона как целого 

Исследовать Латино-Карибскую Америку (ЛКА) как единое целое — сложно, поскольку части региона всегда развивались неодинаково. Уместнее анализировать ЛКА в рамках трёх подрегионов: Центральной Америки, Карибского бассейна и Южной Америки. Они различаются географическим положением, политической расстановкой сил и своеобразием экономических отношений. Стоит учитывать и общерегиональные условия. Экономика ЛКА завязана на добычу сырья, импорт сельскохозяйственной продукции, производство комплектующих и сборку различных изделий для стран капиталистического центра. Латиноамериканская земля богата природными ресурсами: нефтью, газом, литием, медью, серебром, цинком и другими полезными ископаемыми. Многие из них поставляют на мировой рынок мясо, фрукты, зерновые, сою и прочие культуры. Тем самым экономика латиноамериканских стран ориентирована на экспорт товаров с низкой добавленной стоимостью. 

Но потребности мировой экономики растут, и государства региона уже не могут удовлетворить их самостоятельно. Экономика латиноамериканских держав зависит от иностранных вложений, которые используются для поиска новых источников сырья и расширения производства. В настоящих условиях страны ЛКА не могут развиваться без притока капитала извне. Такое положение сложилось после победы национально-освободительного движения в Латино-Карибской Америке и возникновения там независимых государств1.

На новом этапе глобализации, начавшемся в 1970-е годы, Латинская Америка сильней привязалась к мировому хозяйству. Поэтому страны региона оказались подвержены внешнему влиянию2. Закат национал-реформистских проектов модернизации привёл к затяжному экономическому кризису, известному в Латинской Америке как «потерянное десятилетие» (1980-е годы). Латиноамериканские правительства вынужденно открыли свои рынки мировому капиталу. Латино-Карибская Америка вступила в эпоху идеологического, политического и экономического неолиберализма. В рамках этого курса иностранный бизнес получил почти неограниченный доступ на национальные рынки. Латиноамериканские страны сняли большинство протекционистских ограничений, которые действовали с 1950-1960-х годов. Также они наладили тесное взаимодействие с различными международными институтами: Международным валютным фондом, Межамериканским банком развития и другими. В то же время такая политика привела к росту имущественного расслоения, приватизации отраслей промышленности и сферы социальных услуг. Появился огромный пласт неблагополучного населения, который не имеет официальной работы, живёт на кредиты, а иногда связывается с наркокартелями и прочими криминальными группировками3.

Либерализация экономической деятельности дала существенный толчок развитию ЛКА в последней четверти XX века. Однако экономический рост дорого обошёлся. Регион охватили мощные протестные движения против неолиберального курса. Так называемый «левый поворот» в Латинской Америке привел к власти социал-демократические силы. Они смогли слегка сгладить последствия неолиберальной политики для населения — благодаря благополучной экономической обстановке и высоким ценам на энергоносители. Бразилия, Венесуэла, Эквадор и некоторые другие страны даже попытались вырваться из положения сырьевого придатка в глобальной экономической структуре4. Но оказалось, что латиноамериканские государства не могут развиваться по независимой экономической модели бесконечно. Кризис 2008 года серьёзно ударил по мировой экономике и по привязанным к ней странам ЛКА. Ухудшение экономической ситуации привело к тому, что люди разочаровались в социал-демократах и вновь стали голосовать за консерваторов. Тем не менее позитивный опыт массовых движений в Латино-Карибской Америке оказал огромное влияние на регион. Протест стал восприниматься как действенный инструмент воздействия на правящий класс. Так как победа консерваторов означала возврат к «дикому» неолиберализму, новый виток общественного недовольства был неизбежным. В результате с 2019 года массовые выступления периодически сотрясают Чили, Колумбию, Эквадор, Бразилию. Постепенно поднимается протестное движение в других странах региона5.

Сложившиеся за годы существования независимой Латино-Карибской Америки экономические отношения предопределили политическое устройство региона. Под воздействием окружения, в частности давления капиталистических центров, регион оказался в подчинении более могущественных держав. Сначала в Америке столкнулись колониальные интересы Франции, Испании, Великобритании и Португалии. Потом латиноамериканские государства попали в зависимость от США. В прошлом веке континент стал одним из театров холодной войны между Вашингтоном и Москвой. Сегодня там борются за влияние КНР и США. Согласно другой точке зрения, речь идёт о противостоянии разных групп транснационального капитала, которые получают основную прибыль в Китае или Соединённых Штатах6. Начиная с момента образования независимых государств в ЛКА, великие державы препятствовали появлению самодостаточного и сильного конкурента, который мог бы проецировать свою власть не только в регионе, но и за его пределы. Латиноамериканские государства действовали с позиции слабости: принимали сторону сильного внерегионального покровителя (СССР, США, Китая) или объединялись с другими относительно слабыми странами для защиты своих интересов. Ни одно государство ЛКА не достигло статуса великой державы или гегемона, который мог бы навязывать свою волю в рамках континента. 

Страны региона относительно равны по способности влиять на обстановку в Латинской Америке. Однако у ряда региональных государств больше возможностей, чем у остальных. На первое место в этой ситуации выходит экономическая и военная мощь, которую они могут применить для достижения внешнеполитических задач. Дополнительным преимуществом может стать покровительство той или иной великой державы. К примеру, Мексика, Бразилия, Венесуэла и Аргентина время от времени претендуют на роль регионального лидера, но внешнее воздействие, как правило, мешает им добиться такого статуса.

Центральная Америка

Основной признак Центральной Америки — её крайняя нестабильность. В странах этого подрегиона остро стоят проблемы бедности, неравенства, преступности и наркоторговли. Политические системы большинства центральноамериканских государств стремительно разлагаются, занимаясь исключительно обслуживанием интересов компрадорской буржуазии. Местные партии погрязли в коррупции и не пользуются доверием населения. Люди чувствуют себя брошенными и забытыми, стремясь любым способом покинуть родину, где у них нет никакого будущего7. Как правило, жители центральноамериканских стран пытаются попасть в Соединённые Штаты, лелея «американскую мечту». В этом нет ничего удивительного: степень экономической зависимости Центральной Америки от США крайне высока. Вашингтон обладает широким институциональным, финансовым и политическим инструментарием для оказания давления на центральноамериканские страны. Региональные вопросы, затрагивающие интересы американского капитала, почти всегда разрешаются в его пользу. Такое положение предопределяет поведение центральноамериканских держав. Они фокусируются на взаимодействии с США и ближайшими соседями и лавировании под американским нажимом. Диалог с внерегиональными силами и другими латиноамериканскими государствами ограничен. Он зависит от позиции Вашингтона по отношению к той или иной стороне8

В 1990-е годы, после тяжёлых лет гражданских войн, охвативших подрегион, государства Центральной Америки крайне ослабли. США стремились обеспечить выгодные условия ведения бизнеса в регионе и укрепить свой статус в условиях разрушения биполярной системы международных отношений. Местные государства при поддержке Вашингтона начали движение в сторону политической и экономической интеграции, что вылилось в создание в 1993 году Центральноамериканской интеграционной системы9. В неё вошли все страны подрегиона, за исключением Мексики, которая в те годы вела переговоры с США и Канадой о зоне свободной торговли. Институциональное оформление блока как единого целого должно было помочь преодолеть последствия многолетних войн и содействовать решению региональных проблем. Но так как периферийное положение государств Центральной Америки и слабость государственных властей сохранились, только Белый Дом мог реально внести вклад в урегулирование местных трудностей. Однако тогда центральноамериканское направление не было приоритетным для США. Тем самым сращивание криминала с госструктурами, расцвет нелегального бизнеса, деградация политической жизни — это следствие запущенности социально-экономических проблем Центральной Америки. Ответственность за это лежит как на США, так и на правительствах центральноамериканских стран10.

Рост насилия и преступности, безработица и нищета привели к оттоку трудоспособного населения подрегиона в Соединённые Штаты. Сначала Белый Дом приветствовал центральноамериканскую миграцию, которая обеспечивала американскую экономику дешёвой рабочей силой. Увеличение числа нелегалов и связанного с этим масштаба наркоторговли заставили Вашингтон пересмотреть свою позицию. Помимо ужесточения пограничного контроля, США заключили в 2005 году соглашение о зоне свободной торговли с участниками регионального интеграционного проекта. Центральная Америка стала местом создания потогонных производств для обслуживания американской экономики. Заметно расширилось участие США в программах развития региона. Эта политика была направлена на привязывание местных рынков к экспорту из США и на снижение миграционного потока за счёт инвестиций и создания рабочих мест внутри центральноамериканских государств11. Но расширение сотрудничества с Вашингтоном не помогло переломить негативную тенденцию, как на то рассчитывала местная буржуазия. Общерегиональные проблемы продолжали обостряться. Рост народного недовольства привел к протестам в Центральной Америке в 2006-2007 годах. В результате в Никарагуа на волне общественного подъёма к власти вернулся Сандинистский фронт национального освобождения. После распада СССР сандинисты отказались от марксизма и перешли на социал-демократические позиции, сделав акцент на антиамериканизме и популизме12. В Гондурасе реформистское правительство Мануэля Селайи стало отклоняться от проамериканской линии поведения. Оно активно вступало в контакты с антиамериканскими силами (Кубой, Венесуэлой, Боливией) и искало сотрудничества с Китаем. Поворот ряда стран Центральной Америки влево наложился на экономический кризис 2008 года, который сильно ударил по американскому континенту. Правые правительства подрегиона стремительно теряли влияние, а население всё активнее выступало против сложившегося порядка. Обстановка требовала от руководства Белого Дома решительных действий для сохранения Центральной Америки в сфере своего влияния. Сандинисты попали под экономические санкции, призванные помешать сближению Никарагуа с Боливарианским союзом (АЛБА). В Гондурасе при поддержке США произошёл госпереворот, сместивший неудобного президента. Гондурасский кризис привёл к дезорганизации центральноамериканских левых. Криминальные группировки стали расправляться с наиболее радикальными из них, а умеренные левые не сумели консолидироваться для борьбы против местных правых13.

Схематичная структура взаимосвязей в рамках центральноамериканского субрегиона представлена на рисунке ниже. Кроме стран подрегиона, выделены некоторые другие латиноамериканские державы, тесно связанные с Центральной Америкой. Белой линией обрисованы государства, входящие в оборонительный пакт Рио14. Квадратами отмечены государства, объединённые общими политическими институтами. На нашей иллюстрации отображены Центральноамериканская интеграционная система и Боливарианский союз народов Америки. С помощью боковых линий обозначаются основные торговые партнёры той или иной страны.

Наиболее выгодное положение в Центральной Америке занимает Мексика. Тесные связи с США и развитый экспортно-сырьевой сектор позволяют национальной буржуазии торговаться с американским бизнесом. Мехико стремится быть региональным лидером американского континента. Мексиканское правительство было инициатором программ регионального развития «План Пуэбла-Панама» и «Проект Мезоамерика». С помощью таких инициатив Мексика рассчитывала укрепить своё влияние в условиях ослабления американского давления. Страны Центральной Америки использовали сотрудничество с мексиканцами для преодоления последствий неравноправных отношений с США. Также Мехико периодически выступает в роли посредника между Вашингтоном и перешейком в тех случаях, когда по каким-либо соображениям США не могут вести диалог напрямую15. Тем не менее свобода действий мексиканского правительства ограничена, что иногда приводит к дистанцированию от вопросов региональной политики. Вслед за Соединёнными Штатами Мексика стала частью зоны свободной торговли с Центральной Америкой. Этот процесс был постепенным и начался с двусторонних таможенных союзов, так как столкновение интересов национальных экспортеров осложняло переговоры. Партнёрские отношения у Мексики сложились с Коста-Рикой, Гватемалой и Сальвадором16. В последние годы центральноамериканские мигранты стали активно переезжать в Мексику, так как администрация Трампа заняла агрессивную позицию в отношении приезжих из этого подрегиона. Правительство Байдена во многом сохранило преемственность этой политике. В результате вновь растут претензии Мексики на статус ведущей региональной силы. США готовы перераспределить влияние в Центральной Америке в пользу латиноамериканского союзника, поскольку Мехико не угрожает преобладанию Вашингтона в этой части континента17.

Самая проблемная группа стран — «Северный треугольник» Центральной Америки, который состоит из Гондураса, Сальвадора и Гватемалы. Эти государства считаются самыми неблагополучными в Латинской Америке. Слабость властных структур и рост влияния преступных группировок в этих странах ведут к сращиванию государственного аппарата и криминала. Государства «Северного треугольника» фактически отстаивают интересы нелегального транснационального бизнеса. В Гондурасе сейчас расследуют связь действующего президента Хуан Орландо Эрнандеса с криминальными бандами. Младшего брата гондурасского лидера недавно осудила американская юстиция за «крышевание» и активное участие в деятельности наркокартелей. По данным Управления США по борьбе с наркотиками (англ. DEA), накануне президентских выборов братья Эрнандесы получали деньги от крупнейшего латиноамериканского наркобарона — Хоакина Гусмана18. В Гватемале отдельные муниципалитеты почти в открытую контролируются разными криминальными бандами, которые нередко вступают в борьбу за сферы влияния. Многие гватемальские чиновники и полицейские либо закрывают глаза на деяния организованной преступности, либо состоят в сговоре с криминалом19. В Сальвадоре правительство периодически ведёт тайные переговоры с преступными бандами и в обмен на безопасность на улицах предоставляет криминальным группировкам экономические и другие преференции. При этом преступники в любой момент могут нарушить сделку, чтобы добиться дополнительных уступок, так как власть не в состоянии им противостоять. Нередко госструктуры становятся участником бандитских разборок, устраняя конкурентов банды, с которым у правительства секретное соглашение20.

Между Гватемалой, Гондурасом и Сальвадором сформировалась общая экономическая зона, которая по степени интеграции значительно опережает другие региональные проекты. Отсутствие приграничного контроля для граждан трёх стран упрощает деятельность организованной преступности. В то же время эти государства не могут не учитывать доминирующее положение западного капитала в Центральной Америке. Национальные элиты ориентируются на США и вынуждены корректировать внешнеполитический курс в соответствии с позицией гегемона. Американскому бизнесу нужна защита его собственности за рубежом, поэтому он требует от центральноамериканских правительств гарантий безопасности. Иногда капиталисты готовы мириться с влиянием криминала в странах подрегиона (если это увеличивает прибыль), а в других случаях — требуют жёсткой борьбы против него21. Показательным примером может служить отношение Белого Дома к президенту Гватемалы. При Д. Трампе закрывали глаза на подозрения Х.О. Эрнандеса в связях с преступными группировками. Однако с приходом администрации Дж. Байдена против гватемальского президента началась информационная кампания, призванная спровоцировать его отстранение от власти. 

Исключением является участие «Северного треугольника» в венесуэльской программе «Петрокарибе», которая обеспечивает страны дешёвой нефтью на льготных условиях. Для них это жизненно необходимо, так как позволяет получить достаточные энергоресурсы для поддержания внутренней экономической активности. Венесуэла воспринимает этот проект как способ расширения своего экономического влияния на Центральную Америку и Карибы. Участники «Петрокарибе» в результате сотрудничества с Каракасом стали благосклонно относиться к чавистскому правительству. Тем самым частично преодолеваются последствия мощной информационной кампании западных СМИ по демонизации чавистов и «социализма XXI века». Соединённые Штаты вынуждены мириться с подобной активностью Венесуэлы. Они осознают, что в случае прекращения нефтяных поставок центральноамериканские державы сильно пострадают и на север хлынет новый поток мигрантов. В настоящий момент «Петрокарибе» переживает не лучшие времена, что лишь усугубляет положение стран «Северного треугольника»22

Коста-Рика и Панама обладают большей автономией от США в отличие от других государств Центральной Америки. Панама после перехода под её контроль межокеанского канала сумела значительно улучшить собственное благосостояние. Доходы от транзита грузов через канал составляют основу экономики государства и способствуют налаживанию связей со множеством стран23. Коста-Рика развивает на своей территории сборку электронных компонентов через посредничество «Интел» и медицинских принадлежностей, чем отличается от остальных стран подрегиона. В стране широко развит сектор финансового обеспечения международных активов. В 2016 году костариканское правительство вышло из политических структур Центральноамериканской интеграционной системы из-за несогласия с миграционной политикой блока24. Это частично развязывает руки Сан-Хосе при реализации внешнеполитического курса. Близость к Южной Америке способствует развитию контактов с расположенными там странами. Коста-Рика и Панама являются кандидатами на вступление в Тихоокеанский альянс — экономический союз Перу, Мексики, Колумбии и Чили25. Однако на данный момент степень независимости от Вашингтона недостаточна, чтобы утверждать о широкой свободе двух стран в выработке внешней политики. Для них США остаётся основным экономическим партнёром, а Панама прошла через долларизацию и не имеет своего Центробанка, что ставит финансовую систему страны в зависимость от политики Федеральной резервной системы26

У Никарагуа — напряжённые отношения с Вашингтоном, но страна не изолирована от взаимодействий в рамках подрегиона. Манагуа состоит во всех интеграционных объединениях Центральной Америки и пользуется их преимуществами. Единственным существенным отличием является то, что власть в стране находится в руках сил, которые делают ставку на обретение большей независимости от Соединённых Штатов. Вступление в оппозицию США негативно сказалось на отношениях с другими центральноамериканскими державами, которые с осторожностью взаимодействуют с правительством Д. Ортеги. По этой причине сандинисты стремятся развивать контакты с Россией, Венесуэлой, Кубой, Китаем. Также никарагуанское правительство надеется на их помощь в поиске выхода страны из статуса аграрных. Сближение с оппонентами Вашингтона на международной арене привело к санкционному воздействию на Никарагуа. Кроме того, Манагуа активно пользуется кредитами МВФ и Межамериканского банка развития, где Белый Дом имеет право голоса27. Поскольку Никарагуа не представляет ощутимой угрозы для США, на неё оказывается умеренное давление в расчёте на внутреннее протестное движение, которое приведет к власти проамериканские силы. 

В настоящее время Центральная Америка связана единым экономическим и политическим пространством, которое сильно зависит от сотрудничества с Соединёнными Штатами. Подрегион остаётся рынком сбыта для американской экономики и верным младшим партнёром во многих вопросах регионального и международного значения. Стоит отметить наличие центробежных тенденций, которые выражаются в растущем влиянии Мексики и попытках Коста-Рики дистанцироваться от традиционных региональных институтов. Эти страны стремятся выйти за пределы Центральной Америки и сблизиться с остальной частью латиноамериканского мира. Высокая степень зависимости от США препятствует движению центральноамериканских стран в этом направлении.

Сноски

Сноски
1 Латинская Америка в системе международных экономических отношений / отв. ред. Л.Н. Симонова – М.: ИЛА РАН, 2020. – С.18.
2 Robinson W.I. Latin America and global capitalism : a critical globalization perspective – Baltimore: The John Hopkins University Press, 2008. – P.51-55.
3 Routledge handbook of Latin America in the world / edited by J.I. Dominguez and A. Covarrubias. – N.Y: Routledge, 2015. – P.86.
4 Ramírez Gallegos R. Dictaduras democráticas, autoritarismo neoliberal y revueltas populares en tiempos de Covid-19 // CELAG. – 2020. – P.8 – URL: https://www.celag.org/wp-content/uploads/2020/06/covid-dictaduras-democraticas-web.pdf (дата обращения: 8.02.2021)
5 Ивановский З.В. Политическая поляризация в Латинской Америке. Итоги электорального цикла // Свободная мысль. – 2019. – №1. – C.164-165.
6 Robinson W.I. Latin America and global capitalism : a critical globalization perspective – Baltimore: The John Hopkins University Press, 2008. – P.199-200.
7 Copeland N. A New Deal for Central America // NACLA Report on the Americas. – 2020. – Vol.52, №1. – P.69-70.
8 Routledge handbook of Latin America in the world / edited by J.I. Dominguez and A. Covarrubias. – N.Y: Routledge, 2015. – P.32.
9 Solís Rivera L.G. Centroamérica: la integración regional y los desafíos de sus relaciones internacionales. – San José, C.R.: Editorial de la Universidad de Costa Rica, 2011. – P.28.
10 Ibid. P.47.
11 Ibid. P.37.
12 La Botz D. What Went Wrong? The Nicaraguan Revolution : a Marxist analysis. – Chicago: Haymarket Books, 2018. – P.256.
13 Solís Rivera L.G. Centroamérica: la integración regional y los desafíos de sus relaciones internacionales. – San José, C.R.: Editorial de la Universidad de Costa Rica, 2011. – P.73.
14 Межамериканский договор о взаимопомощи (также известен как пакт Рио) — соглашение о взаимной обороне между странами Америки. Было заключено в 1947 году. По договору нападение на одну из стран-участниц будет означать нападение на всех членов, подписавших пакт. В настоящее время в пакт Рио входят все страны Американского континента, кроме Кубы, Боливии, Мексики, Эквадора и Никарагуа. Членство Венесуэлы оспаривается.
15 Routledge handbook of Latin America in the world / edited by J.I. Dominguez and A. Covarrubias. – N.Y: Routledge, 2015. – P.32.
16 Cordero M. Relaciones comerciales entre Centroamérica y México. – México: la Comisión Económica para América Latina y el Caribe, 2019. – P.17. – URL: https://repositorio.cepal.org/bitstream/handle/11362/44347/4/S1900018_es.pdf (дата обращения: 17.02.2021).
17 Copeland N. A New Deal for Central America // NACLA Report on the Americas. – 2020. – Vol.52, №1. – P.73.
18 Investigaciones indican que el presidente de Honduras llegó al poder con el dinero del narco y bajo el silencio de Trump // Anadolu Agency. – 2021. – 16 de enero. – URL: https://www.aa.com.tr/es/mundo/investigaciones-indican-que-el-presidente-de-honduras-llegó-al-poder-con-el-dinero-del-narco-y-bajo-el-silencio-de-trump/2111857 (дата обращения: 13.11.2021).
19 Velde L.T. El nexo entre drogas y violencia en el Triángulo del Norte. El papel del narcotráfico en la violencia delictiva y las respuestas de política pública en Guatemala, El Salvador y Honduras // Drogas y conflicto: Transnational Institute Briefing Series. – 2012. – №19. – P.9. – URL: https://www.tni.org/files/download/debate19s.pdf (дата обращения: 13.11.2021).
20 Pastor Gómez M.L. La influencia política de las maras en El Salvador : Documento de Análisis. – Instituto Español de Estudios Estratégicos, 2020. – P.9-10. – URL: https://www.ieee.es/Galerias/fichero/docs_analisis/2020/DIEEEA32_2020LUIPAS_marasSalvador.pdf (дата обращения: 12.11.2021).
21 Routledge handbook of Latin America in the world / edited by J.I. Dominguez and A. Covarrubias. – N.Y: Routledge, 2015. – P.40.
22 Cusack A.K. Venezuela, ALBA, and the Limits of Postneoliberal Regionalism in Latin America and the Caribbean. – N.Y.: Palgrave Macmillan, 2019. – P.155.
23 Routledge handbook of Latin America in the world / edited by J.I. Dominguez and A. Covarrubias. – N.Y: Routledge, 2015. – P.44.
24 Ibid. P.46.
25 Solís Rivera L.G. Centroamérica: la integración regional y los desafíos de sus relaciones internacionales. – San José, C.R.: Editorial de la Universidad de Costa Rica, 2011. – P.49.
26 Routledge handbook of Latin America in the world / edited by J.I. Dominguez and A. Covarrubias. – N.Y: Routledge, 2015. – P.45.
27 Ibid. P.51.
Поделиться в vk
Поделиться в telegram
Поделиться в pinterest
Поделиться в print