Офшоры для чайников

Оглавление

Мы часто рассуждаем о том, какой капитализм плохой и что он эксплуатирует работяг. А когда говорим о России, то вообще считаем, что наши олигархи даже не хотят строить заводы, чтобы кого-то эксплуатировать. Они просто увозят деньги в офшоры и прячут их там!

Казалось бы, можно попросить государство: запретите олигархам вывозить деньги, верните их капиталы назад. Но капиталисты хитрее. Даже если бы государство захотело, оно не смогло бы этого сделать. И не только потому, что ему пришлось бы считаться с законодательством, действующим в офшорах. Оно бы элементарно задалось вопросами: а чья эта фирма или яхта в бухте Кипра?

Капиталисты прибегают к помощи управляющих частным капиталом.

Именно они представляют капитал для остального мира, пока сам собственник остаётся в тени.

Управляющие выводят деньги по сложным схемам и дробят капитал на сотни мелких фирм, чтобы его никто не смог отследить. Так и получается, что деньги постоянно утекают из страны и помешать этому практически невозможно.

Кстати, утекают они не только из России. Укрыться от налогов любят капиталисты всего мира. О том, к каким схемам они прибегают ради этого, рассказывает Брук Харрингтон в книге «Капитал без границ».

Разделяй и управляй

Брук настаивает, что теоретически обобщить работу управляющих затруднительно, потому что они скрывают свою деятельность1. Она рассматривает то, как возникла и развивалась профессия управляющих и какие знания и навыки они должны иметь. Брук взяла интервью у нескольких из них и рассказала, как они работают и как их «дело» влияет на общество.

В книге нет точного определения управляющего капиталом. Это связано с тем, что изучать их деятельность начали сравнительно недавно — лишь в 90‑е годы прошлого века. Давайте тогда мы обобщим то, что Брук описала:

Управляющие капиталом — это тип экономических работников, которые руководят капиталом и личной собственностью бенефициара2.

Бенефициар — реальный владелец частной и личной собственности, основной выгодоприобретатель — им может стать любой, кто хочет избавить себя от волокиты руководить своей собственностью.

Если директор руководит только компанией или группой компаний, то в ведении управляющего оказываются также дома, яхты, машины и любая другая собственность бенефициара. Они распоряжаются имуществом как своим, но прибыль отходит реальному владельцу. Управляющие же получают зарплату. При этом они не всегда работают только с одним клиентом, да и сам клиент может нанимать нескольких управляющих. Поэтому их ещё называют доверительными собственниками.

Бенефициар учреждает траст: передаёт собственность управляющему в доверительное владение3. При этом траст технически не является компанией или фирмой. Под ним понимается именно система отношений, которая позволяет управлять чужой собственностью4.

Управляющие советуют, куда вложить деньги, откуда их вывести и как их раздробить, чтобы уйти от налогов или не делиться «добром» с родственниками. А если ожидание может привести к потерям, то они перечат собственникам или действуют самостоятельно без их ведома.

Погодите, это реально? Разве без капиталиста можно грамотно инвестировать и управлять капиталом? Да, это реально. Капиталист живёт за счёт прибыли, а его богатством руководят другие люди. Да даже его личное имущество разрослось до таких масштабов, что нужно нанимать управляющих. Зачем тогда нужен капиталист? Чтобы грамотно выбирать управляющего!

«Многие богатые люди, сами нажившие или унаследовавшие состояния, считают, что управлять собственными активами самостоятельно нецелесообразно, и предпочитают нанимать управляющих частным капиталом, которые должны быть… “юристами, налоговыми консультантами, бухгалтерами и советниками по инвестициям”»5.

Такие обширные знания полезны, чтобы искать лазейки в законодательствах и уводить собственность бенефициара от налогов, а иногда даже зарабатывать на этом. Нашей рецензии не хватит, чтобы описать, какие схемы для этого придумывают управляющие. Да и автор исследования столкнулась с тем, что невозможно раскрыть все секреты их ремесла. Но ей удалось познакомить нас с «шедевром среди агрессивных методов планирования», благодаря которому богатеи защищают свои сбережения.

Скажем, у некой семьи есть собственность: бизнес, два портфеля ценных бумаг, яхта и несколько объектов недвижимости. Они раскиданы по разным компаниям, учреждённым трастами.

Если по каким-то причинам яхта или недвижимость подвергаются налогообложению или аресту, то из-за сложной структуры собственности остальные активы остаются в тайности и сохранности. Поди докажи, что у них один собственник. Расследование выйдет на небольшую компанию, во главе которой сидит управляющий, а к нему никаких претензий — он просто управляющий.

Трастами управляет частная трастовая компания (Private Trust Company — PTC), которая принадлежит одной семье. То есть управляющие в PTC работают только с ней и больше ни с кем.

Структуру завершает целевой траст — особый тип офшорных трастов, который обходится без бенефициаров. Он владеет акциями частной трастовой компании, а статус у него «”ничейный” экономический субъект». Поэтому, даже найдя целевой траст, налоговики не смогут привлечь к ответственности конкретное физическое лицо6. При этом собственность юридически может находиться не в одной стране, а по всему миру в специальных экономических зонах — офшорах.

Острова сокровищ

Офшорная зона, или офшор, — это области в странах или целая страна, где легко вести документацию, нужно платить маленькие налоги и можно скрыть владельца собственности.

Примерами офшорных зон в России являются остров Октябрьский (Калининград) и остров Русский.

Благодаря трастам и офшорам бенефициары уходят от налогов, а страны-офшоры могут развивать экономику. Например, они берут с каждого резидента меньше, чем в тех странах, откуда бежит капитал.

При этом самих резидентов столько, что налогов с них хватает на внутренние инвестиции. Или благодаря экономическим послаблениям в офшорной зоне на деньги резидентов строится недвижимость или инфраструктура, которая используется местными. Прибыль же идёт бенефициару.

Вроде все в выигрыше, но, как обычно, страдают простые люди: в странах, откуда уходит капитал, правительства теряют крупные средства из-за невыплаченных налогов, поэтому в расход сразу идёт социалка. В странах-офшорах, которые не относятся к странам центра, кушают сытно только те, кто работает в сфере управления капиталом и собственностью.

Бенефициары же остаются в выигрыше всегда да ещё и тайно лоббируют свои интересы и дёргают за ниточки государства, чтобы сохранить текущий порядок и отвадить налоговиков от своих денег.

Некоторые управляющие негативно воспринимают сложившуюся систему. Во многих странах-офшорах высок уровень неравенства. Управляющие стараются убедить клиентов инвестировать в местную социалку, «чтобы немного компенсировать ущерб, наносимый обществу уходом от налогообложения». За это они получают клеймо коммуниста, а в социалку всё равно никто не инвестирует7. Другие воспринимают свою деятельность положительно, ведь они защищают богатство клиентов и уберегают их от посягательства расточительного государства8.

В чём автор заблуждается?

Брук приходит к выводу, что офшоры и трасты мешают человечеству развиваться. Капитал превращается в сокровище, которое не пускается в производство вновь. Оно лежит бременем на обществе.

Правда, автор считает эту систему искусственной, чуждой капитализму. Будто, сбросив её, общество оживёт, и наступит новый виток развития.

Другая проблема в том, что автор под частным капиталом понимает вообще всё, что принадлежит капиталисту. Она строго не разграничивает личную и частную собственность. У незнакомых с политэкономией может сложиться представление, что успешные люди просто прячут свои личные вещи, укрываются от налогов — и на этом всё. Если бы она разделила эти два понятия , то смогла бы лучше показать, как капиталисты концентрируют капитал и эксплуатируют мир.

Кое-что дополним

В действительности трасты и офшоры являются частью капитализма, а не чем-то внешним и чуждым ему.

Доверительное владение собственностью появилось при английском феодализме. В то время доверительный собственник никак не мог использовать средства, которые имел, и оставался пассивным титульным владельцем недвижимости9.

Развивавшийся капитализм искал новые источники инвестиций. Потребности нового общества подстегнули изменить английское законодательство о трастах. С 1889 года доверительным собственникам разрешили обходить трастовый договор10 и инвестировать деньги в государственные облигации и земельные участки Англии11.

Глобализация в конце XX века дала доверительным собственникам ещё большую свободу: теперь они направляют активы бенефициаров туда, куда сами считают нужным. При этом некоторые экономисты отмечают, что офшоры поддерживают мир-систему: страны центра насыщаются капиталом периферии.

Таким образом, капитализм интегрировал в себя трасты как эффективный инструмент накопления и сохранения богатства.

Удобство доверительного владения в том, что припрятанные в закромах сокровища позволяют передавать крупные сбережения на несколько поколений вперёд. Новых богатых не будет, а бедные так и продолжат беднеть. Не стоит рассчитывать на то, что получится легко «сбросить» паразитические офшоры и трасты. Точно так же когда-то считали о рантье.

Деньги, которые мы теряем

Оценить реальные объёмы средств, которые утекают в офшоры и трасты, трудно. Согласно статье Джона Кристенсена, одного из авторов Tax Justice Network (TJN)12, личное состояние на общую сумму в 11,5 трлн долларов хранится в офшорах крупными капиталистами, уклоняющимися от уплаты налогов. За границу утекает более 250 млрд долларов в год13.

Во время скандала OffshoreLeaks журналисты установили, что в офшорах на Британских Виргинских островах, в Сингапуре, Гонконге и на островах Кука (новая Зеландия) хранится около 32 трлн долларов.

Из каких стран с 2003 по 2014 год вывезли больше всего капитала. График от The World’s «HOT» Money.

Наши капиталисты не отстают от западных коллег. В период с 1990‑го по 2016‑й год они вывезли за границу 1,5 трлн долларов14. Это в шесть раз больше доходов бюджета РФ и в три раза больше внешнего долга страны.

Чтобы картина стала ещё красочнее, добавим: по оценкам Национального бюро экономических исследований США, объём офшорного капитала России превышает в три раза уровень её золотовалютных резервов15.

Дружба с Западом обошлась нам в копеечку. Текущая ситуация с Украиной показала, что с помощью вывезенного капитала можно экономически и политически давить на правящий класс России.

Россия против Запада?

Ещё до того как началась СВО, США приняли меры, ограничивающие действия русских капиталистов, — закон S.284 «О глобальной подотчётности» и закон Магнитского.

По первому закону президент США имеет право конфисковать и запретить операции с имуществом, находящимися на территории США, блокировать финансовые активы, лишать кого-то визы и запрещать ему въезд.

По «закону Магнитского» госсекретарь вносит в чёрный список всех тех, кого сочтёт причастным к смерти Сергея Магнитского. Да, и список этот засекречен16.

Ловко, но куда смотрели российские капиталисты? Впрочем, видеть легко — трудно предвидеть.

Началась СВО, и капиталы, которые остались за бортом, похоже, утонули навсегда. Недвижимость и движимость русских олигархов, выведенные в страны центра, оказались арестованы. Хотя не удивимся, если русская смекалка и тут найдёт лазейку. Обнаруженная быстро и неожиданно собственность российских олигархов, конечно, всего лишь капля в море по сравнению с объёмами, которые находятся в офшорах.

Многие мелкие острова в Тихом Океане, на которых скрывались в том числе капиталы из России, экономически и политически тесно связаны с мировыми центрами капиталистического мира — США и Великобританией17.

И тут два варианта:

  1. Под давлением «хозяев» страны-офшоры начнут сдавать активы российских олигархов, что усилит их компрадорские настроения.
  2. Через управляющих наши капиталисты продолжат взаимодействовать со странами центра.

В любом случае: уплачивать за всё будем мы, господа.

Для левых задачи в классовой борьбе усложняются. Теперь мало национализировать крупную собственность и ввести прогрессивное налогообложение. Это вряд ли значительно ослабит капиталистов — у многих из них внушительные сбережения в офшорах.

Владельцы собственности могут даже остаться в стране, внедриться в государственные структуры и продвигать свои интересы.

Например, они окольными путями сумеют сделают так, что строить заводы возьмётся какая-нибудь «кипрская фирма». Тем самым они станут не только получать прибыль, но и будут постепенно деформировать рабочее государство в направлении, которое им выгодно.

Так что победить глобальный капитал удастся, только если левые со всего мира объединят свои усилия.

Сноски

Сноски
1 Харрингтон Б. Капитал без границ: управляющие частным капиталом и один процент / Пер. с англ. Н. Алёшиной. — М. : Изд-во ин-та Гайдара, 2022. — С. 16.
2 Там же. С. 14–⁠15.
3 Не путать с доверительным управлением согласно ГК РФ, глава 53.
4 Там же. С. 19.
5 Там же. С. 15.
6 Там же. С. 203.
7 Там же. С. 241.
8 Там же. С. 240.
9 Там же. С. 49–57.
10 Все договоры не перепишешь, а владельцев не всегда можно было найти, поэтому решили просто игнорировать запрет на часть операций над собственностью.
11 Там же. С. 59–60.
12 Tax Justice Network (TJN, Сеть Налогового Правосудия с англ.) — организация, которая призывает контролировать финансы и поддерживать их открытость, повышать налоги и противодействовать крупным корпорациям — так они себя позиционируют, во всяком случае. Данные, приводимые TJN, могут быть очень примерными.
13 Christensen J. The hidden trillions: Secrecy, corruption, and the offshore interface // Crime, Law and Social Change. — 2012. — Т. 57. — № 3. — С. 325–⁠343.
14 Торбин Ю. Г., Янчуркин О. В., Маматов В. Г. Противодействие легализации и незаконному выводу за рубеж банковских активов // Журнал российского права. — 2016. — № 12 (240). — С. 91–⁠98.
15 Петречук А. И. Офшоры. Потенциальные риски // Архонт. — 2018. — № 1 (4). — С. 85–⁠94.
16 Петречук А. И. Офшоры. Потенциальные риски // Архонт. — 2018. — № 1 (4). — С. 85–⁠94.
17 По этой причине «термин “офшор” в контексте финансовых услуг является строго политическим заявлением об отношениях между могущественными государствами и связанными с ними территориями» (Christensen J. The hidden trillions: Secrecy, corruption, and the offshore interface // Crime, Law and Social Change. — 2012. — Т. 57. — № 3. — С. 325–⁠343).
Поделиться в vk
Поделиться в telegram
Поделиться в pinterest
Поделиться в print