Экономика и политика позднего сталинизма. Часть 3

В прошлых частях цикла по послевоенным дискуссиям в СССР мы наметили их основные этапы и вопросы, о которых дискутировали советские экономисты. Работа Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР» подвела временные итоги этим дискуссиям. Поэтому, заканчивая цикл, мы решили её разобрать.

Сквозь призму авторских тезисов поговорим о вопросах товарности, планомерности, судьбе мирового капитализма и той роли, которую сыграли сталинские наработки в советской экономической науке. Поговорив обо всём этом, мы подведём итог дискуссий: что они привнесли в политэкономию социализма, кто был прав, а кто — нет.

Итоги дискуссий. Слово Сталина

Перед тем как анализировать работу Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР», посмотрим на её название. Так как в нём говорится о проблемах «социализма в СССР», то предполагается, что работа не затрагивает вопросы развития стран народной демократии, поэтому на них выводы этой работы не распространяются. Хотя такое название противоречит содержанию работы, так как в ней затрагиваются вопросы не только строительства социализма в СССР, но и, например, вопросы динамики и развития мирового капитализма, которые затрагивают и страны народной демократии.

Эту работу Сталина выпускали не только ради того, чтобы открыть дискуссии о советском опыте соцстроительства, но и чтобы повлиять на вектор «советизации» Восточной Европы. Она создавалась в первую очередь для того, чтобы написать учебник политической экономии, который распространялся в странах народной демократии. Советизация началась ещё в 1948 году — с отказа от тезиса «о национальном пути к социализму», — а в 1952 году приблизилась к пику, который совпадал со смертью Сталина в 1953 году. 

Примечательно то, как Сталин представил работу к обсуждению1. Он подробно отвечал на все вопросы, хотя и в своеобразной манере. Не обошлось без эксцессов: одного из участников дискуссии — Л.Д. Ярошенко арестовали2. Он был единственным арестованным экономистом в ходе этой дискуссии.

Теперь поговорим о вопросах, которые поднимаются в работе, и как они преломлялись в советской идеологии.

Характер экономических законов

Сталин, как и в предыдущие годы, различает планы, которые издаёт правительство, и планомерность как экономический закон. При этом он разграничивает политическую экономию социализма как науку и хозяйственную политику3. Этот тезис верен, однако он же говорит о фактической оторванности «высшей» политической экономии от «низшей» хозяйственной практики4. Категории политической экономии социализма стали выступать как нечто «сакральное». Их вставляли в нужные схемы, стараясь сохранить неизменными и лишь изредка пытаясь осмыслять и анализировать, применяя к конкретному опыту планирования.

Дальше следует важная фраза: «Нельзя сказать, что наши годовые и пятилетние планы полностью отражают требования этого экономического закона»5. Здесь мы видим, что критиковать экономические планы правительства и экономическую политику вообще можно. Следовательно, Сталин признаёт, что политика может не соответствовать экономическим потребностям.

Как утверждает сам Сталин, его мысли, выраженные в этом подпункте, являются «общеизвестными»6. В таком случае его работа, как «главного арбитра», закрепляет важное достижение в экономической теории, которое появилось в 30-х годах. Он признал объективность экономических законов и, более того, прямо заявил, что планирование в СССР может не отражать экономические законы. Из второго можно сделать далеко идущие выводы: если экономическая политика не соответствует потребностям экономики, значит, те, кто проводят эту политику, так же могут быть подвергнуты критике. А такой подход потенциально разрешает возможную критику партийного курса и самой партии.

Как пишет Мау7, после дискуссии 1951 года и отзыва на неё Сталина, произошла своеобразная метаморфоза в понимании экономических законов планирования. Если ранее законом был сам план, то затем законы отделили от плана и их стали изучать оторвано от экономической практики планирования. 

Таким образом, хоть и была признана нетождественность экономических законов экономической политике, это не оказало существенного влияния на планирование и экономическую науку.

Товарное производство и колхозный строй

Сталин, говоря о товарном производстве в СССР, считает, что в стране оно не только есть, но и выходит из факта существования двух форм собственности — государственной и колхозной. Он писал, что: «…….государство может распоряжаться лишь продукцией государственных предприятий, тогда как колхозной продукцией, как своей собственностью, распоряжаются лишь колхозы. Но колхозы не хотят отчуждать своих продуктов иначе как в виде товаров, в обмен на которые они хотят получить нужные им товары. Других экономических связей с городом, кроме товарных, кроме обмена через куплю-продажу, в настоящее время колхозы не приемлют»8. Давайте разберём важные мысли этой цитаты: Сталин пишет, что государство никаким образом не владеет продукцией колхозов и вся продукция колхозов является товарной. Колхозы, по мнению Сталина, самостоятельно распоряжались всей своей продукцией. Колхозы не принимали иных отношений с городом, кроме товарных. В таком случае вся продукция должна была поставляться городу в товарной форме. Было ли это так?

В действительности колхозы не распоряжались всей продукцией, так как большая её часть поставлялась по обязательным поставкам государству — в соответствии с Примерным уставом сельскохозяйственной артели от 1935 года9. То есть колхозники распоряжались как минимум не всей продукцией, как своей. Так как обязательства колхоза перед государством не могут пересматриваться самими колхозами. Государственные поставки были не волей самих колхозов, а условием, навязанным извне10.

Второй посыл, который мы можем прочитать из этих строк, — связь колхозов и города осуществляется только через товарный обмен. В свою очередь, товарный обмен предполагает добровольный выход на рынок — сам Сталин пишет об этом. Но, как мы уже поняли, обмен между городом и колхозами осуществлялся не только через товарный обмен, а в основном по плану. Товарами можно назвать только продукцию приусадебных участков и излишки, которые продавались на колхозных рынках.

Более того, он пишет, что объединение колхозов и городской промышленности с единым общенародным хозяйственным органом позволит создать объединенный сектор. Но такой орган фактически уже существовал — Госплан СССР.

Почему же тогда в работе Сталина написано, что колхозы свободно распоряжались своей продукцией? Этому есть объяснение. В начале 1950-х годов выбирали определённую «модель» сельского хозяйства в странах народных демократий. Немецкий исследователь Эльке Шерстяной изучала сельскохозяйственную политику Социалистической Единой партии Германии в ГДР и пришла к выводу, что в 1951-1952 годах все страны народной демократии несколько снизили темпы коллективизации. В Польше и Восточной Германии коллективизация даже не началась, и в эти годы существовала большая свобода в обсуждении моделей сельского хозяйства, чем в 1948-1949 годах11. Вероятно, сказав, что колхозы свободно распоряжаются своей продукцией, Сталин хотел показать привлекательность колхозной системы СССР. 

При этом он сам не хотел, чтобы коммунисты других стран повторяли опыт сплошной коллективизации, которая прошла в СССР. По его мнению, путь народных демократий имел свои особенности12.

На схожие мысли о демонстрации «положительных» сторон колхозов наводит тот факт, что иностранные коммунисты в послевоенный период ездили в СССР советоваться со Сталиным, а также посещать передовые хозяйства, в том числе и колхозы13.

Это и было крупным противоречием между официальной идеологией и действительностью. 

Работа в колхозах всё больше напоминала трудовую повинность государству14. но в официальной идеологии колхозы представлялись свободными товаропроизводителями.

Коммунистическое строительство в СССР

Говоря о коммунистическом строительстве в СССР, Сталин первым делом затрагивает вопрос различия города и деревни. По его мнению, рабочий класс и крестьянство не имеют противоречий между собой, хотя и являются отдельными классами15. Они идут по одной линии на пути к коммунизму. Это не может в полной мере соответствовать действительности, так как противоречие между рабочими и крестьянами можно, например, представить в рамках противоречия между производством и потреблением. Рабочий класс заинтересован в увеличении потребления сельскохозяйственной продукции, но для этого колхозные крестьяне должны больше производить. В конкретных условиях социалистических стран интересы колхозников и деревня в целом приносилась «в жертву» индустриализации и снабжению городов. В то время как Сталин пишет, что почва для противоположности города и деревни уже уничтожена в СССР.

Аналогичная проблема стоит и в понимании противоположности умственного и физического труда16. Но мы можем рассмотреть часть противоречия между умственным и физическим трудом — противоречие между производителями и управленцами. Через такую призму мы ясно видим, что противоречия в советской системе существовали: между бюрократией, которая требовала от рабочих увеличивать производительность труда, и самими рабочими, которые не стремились её повышать, боясь утяжеления норм. Таким образом, противоположность остаётся и здесь.

Хотя Сталин не отрицает, что существуют различия между городом и деревней, он сводит их к тому, что существуют разные формы собственности17. Да, они различались формой собственности, но не только ею. Между городом и деревней существовали различия и в получаемых инвестициях, и в социальном положении населения, и в достатке, и в уровне производительности. Но эти различия выходили не из формы собственности, а из модели ускоренной модернизации, которая требовала концентрации огромных ресурсов в промышленности — часто в ущерб сельскому хозяйству. Следовательно, в вопросе различия между городом и деревней Сталин занимает позиции «формалистов».

В том, как Сталин анализирует взаимоотношения рабочих и крестьян, мы видим отголоски политического «всенародного единства», о котором говорилось в проекте программы ВКП(б) 1947 года. Отсутствие противоречий между классами выводится не из экономических отношений, а только из политических. Это — формальный подход.

Перед всенародным государством закрыли дверь, но оно пролезло через окно.

Мировой капитализм

В вопросе о судьбе мирового капитализма Сталин был всё так же непреклонен и стоял на позициях, что война между капиталистическими странами неизбежна18. Он отверг тезис Варги о смягчении противоречий между капиталистическими странами в силу появления соцблока. Как показала историческая практика, Сталин оказался не прав и в этом вопросе. При этом аргументы Сталина порой сводятся к тому, что, раз во время Второй мировой войны было так, значит, так будет и дальше: «Перейдём к главным побеждённым странам, к Германии (Западной), Японии. А ведь эти страны вчера ещё были великими империалистическими державами, потрясавшими основы господства Англии, США, Франции в Европе, в Азии. Думать, что эти страны не попытаются вновь подняться на ноги, сломить “режим” США и вырваться на путь самостоятельного развития — значит верить в чудеса».

Что касается основного экономического закона капитализма, то и здесь Сталин не прав, так как в послевоенный период, за счёт борьбы рабочих и государственного регулирования, не произошло «разорения и обнищания большинства населения данной страны»19 и не начались «войны и милитаризация народного хозяйства»20

По мнению Сталина, капитализм в развитых странах будет развиваться на суженной базе. Он выводил это умозаключение из простого факта существования и развития соцблока. То есть не из самого внутреннего противоречия капитализма, а из внешнего фактора — существования социалистических стран. Это вновь не сущностный, а формальный подход.

Работа Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР»21 подытожила ноябрьскую экономическую дискуссию, а вместе с этим стала итогом всех дискуссий 1946-1953 годов. Она подтвердила ряд прогрессивных на тот момент идей: объективный характер экономических законов при социализме, отделение закона «планомерности» от политики планирования и признание возможности несоответствия одного другому, определение места закона стоимости в экономике СССР. Но вместе с этим в ней сохранился и ряд идеологических догм: постулат о суженном развитии капитализма и о его скором крахе, идеологизированное описание колхозного производства. В конечном счёте эта работа не стала переломным моментом в советской политэкономии и советской идеологии. Она лишь закрепила на уровне «главного арбитра» те мысли, которые появились в советской экономической науке ещё на рубеже 1930-40-х годов.

Заключение

В период «позднего Сталинизма» велись очень важные экономические споры. Они не повлияли на идеологию сразу, но точно заложили фундамент для её переосмысления в будущем. 

Именно они подняли вопросы, которые будут волновать советских экономистов и идеологов в 1950-60-х годах: например, вопрос о роли закона стоимости и судьбе мирового капитализма. В 1956 году будет воссоздан институт, занимающийся исследованием мирового капитализма, — Институт мировой экономики и международных отношений, в котором продолжит трудиться Варга. В 1960-1970-х годах пройдут дискуссии о товарно-денежных отношениях в социалистическом производстве. Теория мирного сосуществования, которая появилась и в проекте программы ВКП(б), и в ходе проведения МЭС, реализовалась и на XX съезде КПСС.

Это были споры между «формалистами» и «объективистами», которые представляли два взгляда на социализм, о которых мы говорили в первой главе. На позициях формалистов в большей степени стояли «идеологи» — Жданов, Вышинский, Вознесенский, Островитянов. На позициях «объективистов» стояли «хозяйственники» — Варга, Маленков, Молотов, Микоян. Партийные деятели имели разные взгляды. Как результат, «идеологи» и «хозяйственники» в отдельных вопросах занимали разные позиции. Так, Николай Вознесенский в вопросе мирового капитализма ожидал скорого его краха, но в вопросе объективных экономических законов социализма считал, что они существуют.

Обе эти тенденции сосуществовали в послевоенное время и находились в постоянном конфликте, как мы показали на примере дискуссий. Они выражали реальный конфликт внутри бюрократии в СССР и имели социальные корни в различии интересов между партийной и государственной бюрократией. Послевоенные дискуссии стали полем конфликтов между этими двумя социальными силами.

Работа Сталина «Экономические проблемы социализма в СССР», в которой мы можем найти черты как первой, так и второй тенденций, должна была стать идеологическим оформлением временного баланса этих сил. Сталин то давал место одним, то сближался с другими. К аналогичному выводу приходит Роберт Сервис22в своей биографии. Он пишет, что мысль Сталина отражала многие тенденции, которые существовали в то время в советском обществе. В свою очередь, эти тенденции имели почву в противоречивых экономических процессах обществ советского типа.

Ещё одной спецификой дискуссий стала их относительная открытость. Все дискуссии, о которых мы говорили — дискуссии о книге Варги, МЭС, едином учебнике политической экономии, — хотя и не освещались в полной мере в прессе, но затрагивали большое количество учёных и представляли собой столкновение и обсуждение различных позиций. Это также стало предтечей «оттепели» в политической и общественной жизни.

Какая же из позиций более верна? Позиция «формалистов», что для критерия социализма достаточно формального обобществления собственности? Или «объективистов», которые считали, что ключевым является повышение производительности труда? С нашей точки зрения, позиция «формалистов» в определённой мере справедлива, но недостаточна для определения социализма. Позиция «объективистов» в вопросах критерия исторического развития и критерия социализма может быть вполне оправданной. Более подробно мы поговорим об этом в следующих статьях.

Список источников и литературы

Источники

  1. Е. Варга. Изменения в экономике капитализма в итоге второй мировой войны. — М., 1946.
  2. Е. Варга. «Вскрыть через 25 лет». (Предсмертные записки Е.С. Варги) // Политические исследования, 1991, No 3.
  3. Сталин. И.В. Экономические проблемы социализма в СССР. // Сталин И.В. Cочинения. М.: Издательство «Писатель», 1997. С. 154-223.
  4. Ленин. В.И. Грозящая Катастрофа и как с ней бороться. // Ленин В.И. ПСС. 5-е издание. Том. 34. С. 155-199.
  5. Ленин. В.И. Очередные задачи советской власти. // Ленин В.И. ПСС. 5-е издание. т. 36. С. 167-208.
  6. Ленин. В.И. О значении золота теперь и после полной победы социализма. // Ленин В.И. ПСС. 5-е издание. т. 44. С. 222-229.
  7. Ленин. В.И. О кооперации. // Ленин В.И. ПСС. 5-е издание. т. 45. С. 369-382. 
  8. Ленин. В.И. «Карл Маркс», Изд. «Прибой», Москва. 1918.
  9. Маркс К. К критике политической экономии. // Маркс К. Энгельс. Ф. ПСС. 2-е издание. Издательство политической литературы. Т. 13. 1959. С. 1-167.
  10. Маркс К. Капитал. // Маркс К. Энгельс. Ф. ПСС. 2-е издание. Издательство политической литературы. Т. 23-26.3. 1959. 1960-1964.
  11. Энгельс. Ф. Анти-Дюринг. Маркс К. Энгельс. Ф. ПСС. 2-е издание. Издательство политической литературы. Т. 20. 1961. С. 5-338.
  12. Маркс. К. Энгельс. Немецкая идеология. // Маркс К. Энгельс. Ф. ПСС. 2-е издание. Издательство политической литературы. Т. 3. 1955. С. 7-544.
  13. Шепилов Д. Т. Непримкнувший. — М.: Вагриус, 2001.
  14. Вознесенский Н. А. К вопросу об экономике социализма//Большевик. 1931. № 23–24.
  15. Некоторые вопросы преподавания политической экономии // Под знаменем марксизма. 1943. № 7–8.
  16. Борилин Б. О предмете политической экономии социализма и её преподавании// Большевик. 1937. № 1. 
  17. Вознесенский Н.А. Военная экономика СССР в период Отечественной войны. М., 1947.
  18. Сталинское экономическое наследство: планы и дискуссии. 1957-1953 гг. : Документы и материалы / сост.: доктор исторических наук, профессор В. В. Журавлев, кандидат исторических наук Л. Н, Лазарева. – Политическая энциклопедия, 2017.
  19. FOIA. CREST. THE ZHDANOV- MALENKOV RELATIONSHIP. July 29, 1953.

Литература

  1. В. Мау. В поисках планомерности: Из истории развития советской экономической мысли конца 30-х — начала 60-х годов. — М., 1990. 
  2. Бокарев Юрий Павлович. Экономические отношения между ссср и сша в первые послевоенные годы (1945 1948) //Экономический журнал, 2005, № 9, 174-207.
  3. Дэй Р. Б. Лев Троцкий и политика экономической изоляции / науч. ред. А. А. Белых; пер. с англ. А. В. Белых. — М.: Дело, 2013. 
  4. Кагарлицкий Б. Ю. Периферийная империя: циклы русской истории. — М.: Эксмо, 2009.
  5. Капченко Н. И. Политическая биография Сталина. В 3-х томах. — Тверь, 2004-2009. Том 3. 1939-1953. — Тверь: Информационно-издательский центр «Союз», 2009.
  6. Липкин, Михаил Аркадьевич. Советский Союз и интеграционные процессы в Европе: середина 1940-х – середина 1960-х годов : диссертация … доктора исторических наук : 07.00.15 / Липкин Михаил Аркадьевич; [Место защиты: Российский государственный гуманитарный университет].- Москва, 2012.
  7. Липкин. М. А. Совет Экономической Взаимопомощи: исторический опыт альтернативного глобального мироустройства (1949-1979). М.: Весь Мир. 2019. 
  8. Липкин М.А. Советский Союз и первые общеевропейские организации: был ли шанс у единой Европы? (1945-1947 гг.) //Новый исторический вестник. 2011. №28 (2). 
  9. Липкин М. А. Московское экономическое совещание 1952 г.: тактический маневр или новая стратегическая линия СССР? // Вестник РУДН, сер. История России, 2010, № 2.
  10. Журавлев В. В. Сталин и экономическая дискуссия 1951 г. в СССР (к проблемам сталинского теоретического наследия) / / Советское государство и общество в период позднего сталинизма 1945-1953 гг. Материалы VII Международной научной конференции. Тверь, 4-6 декабря 2014 г. С. 314-325;
  11. Лазарева Л. Н. СССР – Великобритания: неиспользованный шанс сотрудничества (О Международном экономическом совещании в Москве 3-12 апреля 1952 г.) / / Советское государство и общество в период позднего сталинизма 1945-1953 гг. Материалы VII Международной научной конференции. Тверь, 4-6 декабря 2014 г. С. 474-486.
  12. Всемирная история экономической мысли. Том 6, книга 1. Отечественная экономическая наука. Экономическая мысль социалистических и развивающихся стран в послевоенный период. Москва, «Мысль», 1997.
  13. Рыбас С. Сталин. — М.: Молодая гвардия, 2017. 
  14. Сорокин А. Советская история. Документы.// Учебник должен быть образцом для всех// Родина. № 3. 2014.
  15. Тихомиров А. «Лучший друг немецкого народа»: культ Сталина в. Восточной Германии (1945–1961 гг.). М.: Политическая энциклопедия,. 2014.
  16. Данилов А.А. Пыжиков. А.В. Рождение сверхдержавы. СССР в первые послевоенные годы / А. А. Данилов, А. В. Пыжиков. — М. : РОССПЭН, 2001. 
  17. Хлевнюк О. В., Горлицкий Й. Холодный мир: Сталин и завершение сталинской диктатуры. М., 2011.
  18. Черкасов П.П. ИМЭМО. Портрет на фоне эпохи. М.: Издательство «Весь Мир». 2004 г. 
  19. Симонов. М. А. Проект программы ВКП(б) 1947 г.: причины и ход разработки. // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. 3-2(77). 2017.
  20. Oscar Sanchez-Sibony. Red Globalisation. The Political Economy of the Soviet Cold War from Stalin to Khrushchev. Cambridge University Press, 2014. 
  21. Robert Service. Stalin: A Biography. Oxford. 2004. 
  22. Erik van Ree. The Political Thought of Joseph Stalin: A Study in Twentieth Century Revolutionary Patriotism. Routledge. London. 2002.
  23. Elke Scherstjanoi. SED-Agrarpolitik unter sowjetischer Kontrolle 1949-1953. Institut für Zeitgeschichte.

Если нашёл ошибку, выдели кусок текста и жми Ctrl+Enter.

Сноски

Сноски
1 Капченко Н. И. Указ. Соч., С. 704
2 Хлевнюк О. В., Горлицкий Й. Указ. Соч., 195.
3 Там же, С. 207
4, 7 В. Мау. Указ. Соч., С. 41
5 Там же, С. 158
6 Сталин И.В. Cочинения. М.: Издательство «Писатель», 1997. Т. 16. С. 158
8 Сталин И.В. Cочинения. М.: Издательство «Писатель», 1997. Т. 16. С. 164
9 «Известия ЦИК СССР и ВЦИК», N 44, 18.02.1935.
10 Хотя в учебнике Островитянова писали, что даже продукция, отдаваемая государству, также является собственностью колхозов. См Политическая экономия. Под редакцией Островитянова К. В., Шепилова Д. Т., Леонтьева Л. А., Лаптева И. Д., Кузьминова И. И., Гатовска Л. М. 1954. С. 288
11 Elke Scherstjanoi. SED-Agrarpolitik unter sowjetischer Kontrolle 1949-1953. Institut für Zeitgeschichte. S. 598.
12 Ibid, S. 358.
13 Тихомиров А. «Лучший друг немецкого народа»: культ Сталина в. Восточной Германии (1945–1961 гг.). М.: Политическая энциклопедия,. 2014. С. 94.
14 В первые послевоенные годы в колхозах сокращались приусадебные участки, увеличивались обязательные поставки, проводилась принудительная продажа скота государству. См. Литвиновский, И. А. Восстановление народного хозяйства СССР после Великой Отечественной войны / И. А. Литвиновский // Российские и славянские исследования: Сб. науч. статей. Вып. 1 / Редкол.: О. А. Яновский (отв. ред.) и др. — Мн.: БГУ, 2004. — С. 228–232.
15 Сталин И.В. Cочинения. М.: Издательство «Писатель», 1997. Т. 16. С. 172-173
16 Там же, Т. 16. С. 172
17 Там же, С. 173
18 Там же, С. 176-177
19 Там же, С. 180
20 Там же, С. 181
21 Сталин И.В. Cочинения. М.: Издательство «Писатель», 1997. Т. 16. С. 154-223.
22 Robert Service. Stalin: A Biography. Oxford. 2004. P. 722.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: